Тимур Исламов

Директор и основатель Благотворительного фонда охраны здоровья и защиты прав граждан (Фонд Тимура Исламова)

Расскажите о своей юности, о том, кем вы хотели стать?

В моих юношеских мечтах были две профессии, первой из которых была космонавт. Для осуществления мечты на балконе я начал сколачивать собственную ракету. Я отчетливо помню то ощущение серьезности ситуации и мою искреннюю веру в то, что ракета обязательно взлетит в небо. Затем, будучи девятиклассником, я посмотрел телепередачу про кардиолога, в которой он проводил операцию на сердце. Та передача произвела на меня настолько сильное впечатление, что я захотел стать хирургом. Но с химией, увы, у меня не сложилось.

Чем вы увлекаетесь в свободное время?

Мое хобби – это саморазвитие и самообразование. Стараюсь как можно чаще посещать различные семинары, в которых известные люди делятся своим опытом и знаниями. Изучаю арабский язык и историю религий. Также могу сказать, что физкультура занимает важную часть моей жизни. Я большой поклонник всех видов восточных единоборств, еще со школьной скамьи начал заниматься каратэ и киокусинкай. Периодически я возвращался к занятиям, но два года назад из-за полученных травм был вынужден перейти на фитнес. Кроме этого я занимался музыкой, писал песни и играл на акустических инструментах, сейчас планирую возобновить эти увлечения.

Когда к вам пришла идея о том, что вы хотите начать помогать людям?

Идея пришла ко мне достаточно давно, в студенческие годы. То время было, однозначно, сложное: распад СССР, переход к рыночной экономике. Я переживал экзистенциональный кризис, и задавался вопросом: для чего я живу? Ответ пришел ко мне после просмотра телепередачи «Взгляд» с Сергеем Бодровым, в которой озвучивалась проблема реабилитационных центров для наркозависимых. Для меня это был как внутренний инсайт, я осознал, что спасение людей – именно то, чем я хотел наполнить жизнь. С тех пор я начал двигаться к достижению этой цели.

Почему вы решили открыть фонд помощи людям, проблемы которых мало кто замечает, и, зачастую, пренебрежительно к ним относится?

Меня с детства учили защищать слабых. Я воспитан таким образом, что в конфликтных ситуациях в первую очередь рассматриваю слабую сторону. Я не хочу сказать, что все наркопотребители и ВИЧ-позитивные являются слабыми, они — жертвы собственного выбора. На мой взгляд они находятся в поиске некоего духовного смысла, заполнения пустоты собственных проблем.

Расскажите о том, как вы набирали свою команду.

Я уверен в том, что отличительной особенностью общественных организаций является то, что в них работают люди, лично затронутые проблемами, над решением которых они работают. Это является преимуществом основной компетенции всех НКО. У меня было четкое понимание того, что если я хочу начать помогать таким людям, они должны быть состоять в моей команде. Я начал посещать группы самопомощи, в специальные учреждения, СПИД-центр. Там я нашел активистов, из числа которых затем сформировал первую команду.

На ваш взгляд, изменилось ли общественное мнение по отношению к представителям уязвимых групп за последнее время? И какие проблемы еще необходимо доработать?

Судя по тому, что срок лишения свободы за употребление и другие действия с наркотическим веществами, равен или больше чем за иные более тяжкие преступления, можно сделать вывод о том, что отношение к наркозависимым не изменилось. Пока отношение к представителям уязвимых групп будет наполнено ненависти и неприятия, мы с такими людьми ничего не сможем сделать. Проблема ВИЧ-инфекции размывает границы, и дает понять, что все мы люди. Например, сегодня заболеванием инфицируется секс-работница или наркопотребитель, а завтра оно перейдет в нашу семью, настолько, казалось бы, далекую от всего этого.